Первая часть: «Истоки русской шали (XVIII–XIX вв.)
«Все носят шали, они в большой моде, и чем их
больше, тем больше вас уважают».
Из переписки сестер М. и К. Вильмот. Россия, начало XIX века
Шаль — традиционный женский аксессуар, вошедший в русскую культуру на рубеже XVIII–XIX веков. Изначально восточные (персидские, кашмирские), а затем и русские, шали ценились крайне высоко и считались предметом роскоши. На протяжении долгого времени сохранялось прежде всего не функциональное назначение шали, а престижно-знаковое. Постепенно шаль стала особым предметом не только в среде своего бытования, но и как воспроизводимый образ в литературе и живописи, имеющий устойчивую художественную значимость и выступая культурным маркером.
Б. Кустодиев "Купчиха с зеркалом", 1918 год
Шаль в изобразительном искусстве
Шаль — дорогой и значимый аксессуар, но всегда ценилась не только шаль, но и умение её носить. Искусство драпировки шалью стало синонимом изящества и высокого вкуса.
Панорама шалей и платков в русском изобразительном искусстве
Поэзия. Кустодиев Б.М. 1908 г.
Гуляющая пара — Поэт, сдержанно декламирующий стихи, и Муза в шали, восхищённая его чтением.
Шаль и танец
Шаль была настолько популярна в девятнадцатом веке, что со времён царствования Александра I в закрытых женских учебных заведениях появился танец «па-де-шаль» – танец с шалью. Он требовал грации, изящества, импровизации. Дама должна была начинать каждое движение с вытянутого носка то левой, то правой ноги и одновременно двигать плавно левой и правой рукой с зажатым концом шали. Для того, чтобы шаль была более послушной в руках, в её кончики вшивали шарики – коралловые, металлические, а иногда даже серебряные. сначала этот танец исполняло несколько барышень, то потом он стал парным, а затем превратился в сольный номер.
Шаль в русской литературе
— «Меня... стыжусь... пленила шаль;
Послушай, ангел мой! она такая точно,
Какую, помнишь ты, выписывал нарочно
Князь для княгини, как у князя праздник был».
С последним словом прыг на шею
И чок два раза в лоб, примолвя: «Как ты мил!»
— «Изволь, изволь, я рад со всей моей душею
Услуживать тебе, мой свет! —
Был мужнин ей ответ.
И.И. Дмитрев (1760-1837)
В художественных произведениях нередко встречаются описания, где шаль играет важную роль. Как правило, ассоциативно шаль — это атрибут благосостояния, но у каждой вещи имеется и особый, сакральный смысл. Образ шали часто служил определенным инструментом раскрытия личности героев.
В произведениях литературы «шаль», обладая скрытым значением свойственным определенной эпохе, позволяет более полно раскрыть характеры героев.
Так, например, И. С. Тургенев в повести «Ася» придает шали символическое значение, отражающее внутреннее состояние героини. В кульминационной сцене Ася сидит, закутавшись в длинную шаль и отвернув голову «как испуганная птичка». В счастливый момент, напротив: «шаль покатилась с плеч», обнажая не только плечи девушки Аси, а всю ее душу: «...Я забыл все, я потянул ее к себе – покорно повиновалась ее рука, шаль покатилась с плеч, и голова ее тихо легла на мою грудь. – Ваша… – прошептала она едва слышно». Шаль, обрамляя ситуацию свидания, подчеркивает чувства и готовность следовать за любимым человеком.
На обложке книги-повести «Ася» И.С. Тургенева главная героиня изображена в алой шали
Подробные описания внешности в связке с костюмом и аксессуарами — полностью в русле тенденций русской литературы середины XIX-ХХ веков.
Шали присутствуют в большом количестве произведений русской литературы. В них появлялись героини А.С. Пушкина, Л.Н. Толстого, Ф.М. Достоевского, И. Бунина, М. Булгакова, А. Толстого, А. Аверченко, Н. Теффи, М. Алданова, шали носили в романах и рассказах М. Шолохова, К. Симонова, В. Распутина, В. Астафьева, А. Битова, В. Липатова, А. Фадеева и многих других.
Иллюстрация к поэме «Евгений Онегин» А.С. Пушкина. Художник Лидия Тимошенко
Иллюстрация к произведению «Дубровский» А.С. Пушкина
Шаль — красивый и крайне значимый аксессуар, благодаря чему в русской литературе она стала не только частью бытоописания, но и средством в создании характера героя, визуальным обозначением внутреннего содержания образа и уточнением взаимодействия персонажей друг с другом.
Шаль Анны Ахматовой
В поэзии начала XX века шаль провозглашена знаком судьбы, атрибутом Музы, роковой женственности. Самый известный и канонический образ — шаль Анны Ахматовой.
«Я всю жизнь делала с собой все, что было модно», — заявляла Ахматова.
Первую шаль Анна Ахматова, скорее всего, примерила летом 1912 г. в деревне Слепнево, где находилось имение Гумилевых. Как и «парижская» челка, туго натянутая на плечи шаль стала частью узнаваемого стиля Анны Андреевны: «Вот это в самом деле моя вещь», — говорила Ахматова.
Этот аксессуар поэтесса выбирала под наряд: кружевную шаль надевала с модным платьем в цветочек, желтую по-бакстовски смело сочетала с синим, как на знаменитой картине Альтмана.
Ахматова в жёлтой шали на портрете Натана Альтмана, 1914 г.
Шаль непременно возникает в посвященных Ахматовой стихотворениях: у Александра Блока она «испанская», у Осипа Мандельштама — «ложноклассическая», а Марина Цветаева пишет про «шаль из турецких стран» и сравнивает ее с мантией.
Ахматовой, льстило, что накидку Александр Блок назвал «испанской», а ее саму сравнил с Кармен: «Вы накинете лениво / Шаль испанскую на плечи, / Красный розан – в волосах…» (1913). Сама Ахматова отмечала, что испанская шаль – чистый вымысел Блока: «У меня никогда не было испанской шали…, но в это время Блок бредил Кармен и испанизировал и меня».
Фарфоровая статуэтка Анны Ахматовой. Скульптор Наталья Данько. Музей Императорского фарфорового завода
Действительно, каждый поэт, неравнодушный к Анне Андреевне, видел в ней что-то свое. Осип Мандельштам, например, угадывал в ее образе античные ноты. Ее шаль казалась ему накидкой-гиматием. И он с восхищением наблюдал сценический отлично отработанный Ахматовой трюк. Читая со сцены стихи, она слегка поводила плечом, — и шаль мягко соскальзывала, создавая сценический жест, ставший частью её легенды.
Увиденное Мандельштам увековечил в следующих строчках:
Вполоборота, о, печаль,
На равнодушных поглядела,
Спадая с плеч, окаменела
Ложноклассическая шаль.
Анна Ахматова в шали, 1920 гг.
Сама Ахматова напишет в «Поэме без героя»: «Войду сама я, / Шаль воспетую не снимая, / И, как будто припомнив что-то, / Повернувшись вполоборота..».
Анна Ахматова, 1925
Анна Ахматова в шали, 1930-е
Итак, во времена «шаль Ахматовой» стала своего рода мифологемой. Это наглядный пример того, как вещь превращается в знак эпохи: шаль поэтессы стала символом женской судьбы, поэтического дара и культурной памяти бурного ХХ века.
